Наши новости

Exemple

По благословению Святейшего Патриарха Московского и всея Руси Кирилла в пределы Русской Православной Церкви впервые принесены мощи преподобного Силуана Афонского.

Принесение мощей приурочено к празднованию 1000-летия присутствия русского монашества на Святой Горе Афон. Ранее святыня никогда не покидала пределы Русского Пантелеимонова монастыря, в котором она постоянно хранится. Вместе с мощами с Афона в Россию впервые принесена чудотворная икона Спасителя, с которой связано чудо явления Господа Иисуса Христа прп. Силуану.

С 19 по 24 сентября 2016 года мощи прп. Силуана будут находиться в Москве.

19-20 сентября мощи будут пребывать на Афонском подворье (церковь святого великомученика Никиты на Швивой горке).

Вечером 20 сентября, в канун праздника Рождества Пресвятой Богородицы, мощи будут перенесены в Храм Христа Спасителя, где всенощное бдение возглавит Святейший Патриарх Московский и всея Руси Кирилл.

21 сентября, после Патриаршей Литургии в праздник Рождества Пресвятой Богородицы, мощи из Храма Христа Спасителя будут доставлены в Данилов монастырь, где будут пребывать до 24 сентября.

Аккредитацию представителей СМИ на торжественную встречу и мероприятия в период пребывания святыни в Москве осуществляет Пресс-служба Патриарха Московского и всея Руси.

Московская (городская) епархия

Подробнее →
Exemple

О духовном смысле праздника Преображения Господня, о нашем восхождении вслед за Христом, о событии праздника и о том, почему именно Моисей и Илия явились Спасителю, о том, как подготовиться к этому дню и как провести его, рассказывает протоиерей Артемий Владимиров.

«Преобразился еси на горе, Христе Боже…» Кто не помнит начальных слов тропаря двунадесятого празднества Преображения Господня! Тогда на горе Фавор Спаситель, еще в глубокой ночи совершив восхождение с тремя преданнейшими и усерднейшими Своими учениками: Иоанном – апостолом любви, братом его Иаковом и пылким Петром, беседовал с Отцом Небесным, и ученики, воздремавшие, вдруг увидели непостижимое: как лик Христа просветился ярче солнечного света, а Его ризы стали белоснежными, так что превосходили своей чистотой снег, лежащий на горе Кармил. И белильщик на земле, замечает евангелист, не может так выбелить ткань, как были чисты ризы Христа (ср.: Мк. 9: 3). Ученики, при раскрывшемся у них по воле Божией духовном зрении, увидели славу Господню, которую Сын всегда имел, как и Отец, будучи с Ним единосущным по воплощении. Но здесь человеческая природа, неразлучно и неслитно соединенная с Божеством, засияла – так кусок металла, помещенный в среду огня, раскалившись, сам начинает источать свет и тепло, будто становясь огнем, – но вместе с тем и не изменив своего земного естества.

Праздник Преображения. Он и древними святыми отцами, и русскими проповедниками, и поэтами Серебряного века воспет, потому что знаменует собою начало русской осени, ведь не случайно, еще по греческой традиции, народ приносит в храм плоды земные и начатки урожая, и священники, прежде чем окропить яблоки, груши, виноград, как это было принято на Пелопоннесе и в Херсонесе, читают особую молитву для верных, прося Господа Бога просветить их сердца лучами богопознания, чтобы они исполнились духовных благ, символом и материальным выражением которых являются эти земные плоды, как будто говорящие о нетленной райской жизни, к которой все мы призваны через духовное восхождение на гору Фавор, через единение со Христом Спасителем в Таинстве Причащения. И действительно, дорогие друзья, о празднике Преображения говорит всё Священное Писание Ветхого и Нового Завета, говорит применительно к нам, чадам Церкви, которых святые апостолы называют чадами света, сынами Царствия. «Приступите к Нему и просветитеся, и лица ваша не постыдятся» (Пс. 33: 5). Вкусите, братия и сестры, в день Преображения от святой евхаристической Чаши Пречистого Тела и Крови нашего Спасителя, вкусите и видите, яко благ Господь. А что мы увидим? Увидят окружающие нас люди свет Небесного Отца, о котором Спаситель говорит так ясно и доходчиво: «Да просветится свет ваш (Фаворский свет. – прот. А.В.) пред людьми, да видят благие дела ваши, красоту души и тела, осиянную Духом Святым, и прославят они Отца вашего, Который на небесах» (ср.: Мф. 5: 16).
В день Преображения, принимая, как и апостолы, незлобивым, кротким и чистым сердцем Божественную благодать, льющуюся с вершины горы Фавор, мы начинаем понимать, почему первоверховный апостол Павел называл христиан светилами, сияющими в этом развращенном мире. Праздник Преображения говорит нам о радостном смысле духовного подвига. Ведь цель и почесть духовного звания о Христе Иисусе заключается не в чем ином, как в стяжании благодати Святого Духа, в готовности и способности раскрыть лепестки своей души, воспринять эти божественные лучи, источником которых является неподвижное Солнце Любви, или Солнце Правды, на языке пророка Малахии, – Господь и Бог наш Иисус Христос.

Вспомним, дорогие друзья, обстоятельства этого удивительного и таинственного праздника, подняться до духовного осмысления которого не так просто, но, конечно, возможно, если мы, как птенцы, собираемся под крылышком Матери нашей – Церкви, а она через гимнографов и песнотворцев: Косму Маиумского, Иоанна Златоустого, Иоанна Дамаскина – в тропарях и песнопениях праздника (нужно очень внимательно их слушать, а не смотреть по сторонам), очистив наше восприятие, поднимет нас до разумения фаворских тайн. Обратим внимание, что трое из учеников следовали неотступно за Господом, покуда Он восходил на эту гору. А почему не взяли Иуду? – спросит кто-нибудь из вас. А потому, – отвечают толковники Священного Писания, – что рыжебородый предатель был весьма ленив и плотоугодлив. Он мечтал сесть рядом с Мессией в Его Царствии, которое, впрочем, представлял себе чисто земным, но не удосужился проснуться, когда Господь, постучав в горницу, где почивали апостолы, призвал усерднейших следовать за Ним. Так и нам нужно немножко поднапрячься, немножко потрудиться, чтобы 6/19 августа не оказаться не у дел, не оказаться разочарованными и неудовлетворенными, потому что без труда не выловишь и рыбку из пруда.

Подумаем, как нелегко было апостолам следовать за Христом. Если вы бывали на горе Фавор, то, наверное, догадываетесь, что тогда не было серпантина, шоссе, по которому нынче таксисты за несколько шекелей или пяток долларов довезут вас до вершины, где можно приобщиться духом к великой тайне Преображения. Подниматься нужно было пешком, а значит – через колючки и заросли кустов. Может быть, и были какие-то тропинки, по которым пастухи водили своих овец, но, очевидно, подъем этот был малый подвиг, который безропотно несли апостолы, не желая отставать от своего Учителя. Так вот и нам, дорогие друзья, необходимо было уже за несколько дней до Преображения чуть-чуть поднапрячься, вступить в борьбу с суетными, тщеславными помыслами, оставить всякое миродержание, особенно словоохотливость, связанную по необходимости с осуждением, усерднее заняться чтением Священного Писания, которое просвещает не столько мозг, сколько душу, окрыляет, делает способным думать о Боге, тянуться к Нему, размышлять о Нем, молиться Ему.
Итак, оказавшись там, на вершине, Петр, Иоанн и Иаков внимали происходящему. А внезапно увидев просветленный лик Господа, они со страхом, и трепетом, и ужасом узрели Моисея и Илию. Моисей – законодатель, Илия – тот, кто предварит Второе пришествие Иисуса Христа перед близкой кончиной мира, пророк-ревнитель. Почему, – спросите вы, – именно эти два ветхозаветных святых, а не кто-то из судей или древних воинов, наподобие Иисуса Навина, предстал Господу и беседовал с Ним? Очевидно, сокровенный смысл явления именно этих двух величайших представителей Ветхого Завета заключается в следующем: раз, смиренно склонив главу пред Господом, Моисей, тот, кто принес с Синая 10 заповедей человеческому роду, беседовал с Ним, как дитя с Отцом, как ученик с Учителем, то отсюда следует, что Христос и есть Основатель как Ветхого, так и Нового Завета. Христос – не противник отеческим заповедям, но Он есть Господь и Судия, Он пришел исполнить закон и отменить его обрядовую часть, оставив нравственное содержание. Ну а Илия-ревнитель, который, как вы помните, мог даже огнем встретить дерзких богохульников, покушавшихся на жизнь огнепламенного пророка, беседуя со Христом, тем самым свидетельствовал апостолам (а они были люди всё-таки грамотные и понимающие), что перед ними – апостолами, Илией и Моисеем –долгожданный Мессия, чаяние языков, Тот, Кто пришел освободить Израиль не столько от внешнего господства римлян, сколько от тирании диавола, от господства страстей, пришел сокрушить саму смерть, проложив путь новый и живой к Воскресению.

А затем сходит светлое облако, в котором сокрываются Илия и Моисей, и остается один Христос. И апостолы – давайте вспомним икону Преображения – упав от страха, замерев… – очень живописно православная традиция изображает учеников: кто на карачках, кто – распластав руки и ноги, как лягушонок, если можно так выразиться… Апостолы, от этого Божественного света павшие ниц, слышат голос Самого Небесного Отца: «Сей есть Сын Мой возлюбленный, Его слушайте». Навсегда они – Петр, Иоанн и Иаков – сокроют в своих душах сладостный и вместе с тем страшный для человеческой немощной природы голос Небесного Отца. И один из них, Петр, в своем Послании впоследствии скажет об этом голосе, снизшедшем из велелепной славы, голосе, который засвидетельствовал Богосыновство, Божество Господа Иисуса Христа.

Снизойдя с горы, апостолы еще сами носили в себе это сияние небесного огня. И лик Христа светился чудесно, так что народ было ринулся к Спасителю, Который тотчас по схождении с горы свершил чудесное деяние – исцелил бесноватого отрока, сказав его несчастному отцу: «Если можешь сколько-нибудь веровать – веруй: всё возможно верующему». Так и у нас с вами: придет праздник Преображения; дай Бог, мы с вами исповедуемся, приобщимся Христовых Тайн, чтобы не быть сторонними наблюдателями, но участниками Божественной Литургии, и, вкусив сладостной жизни будущего века, преобразившись дивным преображением, пронизанные лучами Божественной славы, мы обретем благодатное детство во Христе. Нам, как Петру, не захочется выходить из храма.

Помните, как Петр, не понимая, что он говорит, от избытка вышеестественной радости сказал: «Господи, хорошо нам здесь! Давай поставим три сени – три кущи: Тебе, Моисею и Илии. Только не будем возвращаться в этот суетный, жестокий, лукавый мир, где Тебя, Господи, ждут надменные фарисеи, лукавые саддукеи, ищущие Твоей смерти. Останься здесь навсегда!» Однако просьба Петра не была уважена. Почему? Потому что Спаситель, явив Свою Божественную славу ученикам, готовился к Своему крестному пути, уверяя последователей, что страдания, которые встретятся Спасителю в Гефсиманском саду и в Иерусалиме, не вынужденные.

Христос – не невольная жертва Голгофской муки, но Он самоохотно, как Богочеловек, из послушания Небесному Отцу и из любви к погибающему человеческому роду, восходит на Крест, чтобы, вкусив горчайшую мучительную смерть, победить ее, изжить Своим воскресением. Да, в ту Гефсиманскую ночь они, апостолы, все, кроме Иоанна Богослова, разбежались, словно испуганные дети, устрашенные свирепостью лиц Иуды и храмовых стражников, но по Воскресении вспомнили – вспомнили всё. Вспомнили и эти дивные часы на Фаворской горе. И с тем большим упорством и радостью они благовествовали вселенной веру во Иисуса Христа, истинного Бога и истинного Человека, Который и нас с вами, Своих детей, приобщает к нетленной, живоносной и целительной Божественной благодати, просвещая наш ум, ментальные способности, умиряя наше сердце, отгоняя от наших душ уныние и печаль, самое тело делая послушным инструментом разумной души.
Много сказано, но не сказано ничего, если не говорить о внутреннем значении и величии этого дивного и прекрасного осеннего праздника. И я очень надеюсь, дорогие друзья, что никто из вас не лишит себя по глупости или по суетности этой ни с чем не сравнимой радости богообщения, но каждый, по мере своих сил, поднимется на гору Фавор – поднимется не телесными ногами, но помыслом, чувством, чтобы предстоять в этот дивный праздник Христу, нашему Солнышку, в Котором нет ни единого пятна.

Протоиерей Артемий Владимиров
19 августа 2016 г.

Православие. ру

Подробнее →
Exemple

Из книги архимандрита Киприана (Керна) «Восхождение к Фаворскому свету», изданной Сретенским монастырем в 2006 г. в серии «Духовное наследие русского зарубежья».

С одной стороны, человек изначально предназначен к обожению; с другой стороны, своими подвижническими усилиями человек исправляет в себе то, что он, как внук Адама, совершает греховного. Он очищает себя, побеждает в себе свои страсти, искореняет дурные помыслы, просветляет свой ум, упрощает его, «сводит к Единому» и, как высшая мера просвещения ума, делается «зрителем премирных вещей».
«Таким путем человек становится сосудом, способным восприять Божественную благодать, которая, надо это постоянно помнить, не дается за что-то или в какой-то пропорциональной нашим подвигам мере, а ради чего-то, по одной только безмерной любви Божией к нам. Корреляции между подвигами нашими и благодатью Божией нет.

Естество человека способно к обожению, человек от вечности предуставлен к соединению с Богом. Непорочный Агнец предназначен к заколению еще прежде сложения мира. Поэтому можно говорить и о вечном богочеловечестве.

Свт. Григорий ПаламаБоговоплощение не только факт, однажды в истории бывший, но и от вечности в Божественном Совете присущая премирная реальность. Бог Своею Божественною благодатью вложил Самого Себя в это существо, сотворив его по Своему образу и подобию, и возвысил на земле человека, сознающего самого себя» (архимандрит Киприан цитирует свт. Григория. — Прим. ред.).

В боговоплощении совершается обожение человеческого естества. При этом Палама подчеркивает двойное значение этого акта. Во-первых, это обожение нашего естества: «Как сошел Он на землю, не изменившись Божеством, но снисходя к нам, так и восходит снова, не изменяясь Божеством, но возводя на горний Престол воспринятое Им наше естество». Во-вторых, это обожение каждого из нас: «Слово Божие… очистило наше естество чудесным и неприступным огнем Своего Божества… И не только то смешение, которое Он за нас принял, но и каждого из удостоенных Его общения Он богосоделал причастием огня, который Господь пришел низвести на землю». «В воскресении и вознесении нашего Спасителя мы все участвуем и будем участвовать, так как Он есть воскресение и вознесение человеческого естества, и не просто человеческого естества, но и каждого верующего во Христа и показывающего свою веру».

Небезынтересно, что здесь подчеркивается не только обожение человечества, но и каждого человека. Имеется в виду не спасение не существующего вне конкретной личности человечества, а каждого из нас. Из этого положения свт. Григорий делает важные прагматические выводы.

В уста Спасителя, говорящего Марии Магдалине: «…не прикасайся Мне, не у бо взыдох ко Отцу Моему» (Ин 20, 17), влагаются слова: «Тело, в которое Я теперь, то есть после воскресения, облечен, удобовозносимее и сильнее огня и не только может взойти на небо, но и к Самому Наднебесному Отцу». «Господь вознес на небо наше смешение и как богопричастное сделал его сопрестольным Отцу». Спаситель Своим вознесением открыл путь на небо для всякого человека. «Как поклоняемое тело Христово, соединенное в том же самом лице с Ипостасным Словом Божиим, хотя и разлучилось от души в трехдневной смерти, нисколько, однако, не отделилось от Божества; точно так же и те тела, которые были уготовлены в жилище Святого Духа, после своей смерти отделяются от вселившегося в них Божественного Духа». Человеку попускается в этой жизни «искуситься от диавола, чтобы человек легко победил отступника от подлинной жизни (диавола) и праведно приял блаженное бессмертие и остался живым и божественным вовеки».

Но не следует думать, что теозис (обожение) есть удел праведников только в будущей жизни. Григорий Палама, как мистик, знает и другое. Подобно св. Макарию, ареопагитикам, св. Максиму, прп. Симеону, он опытно познал, что фаворское чудо есть не только прообраз будущего века, но и достояние чистых сердец в этой жизни. Спаситель берет с Собою на Фавор «лучших» учеников, избранных; это одна из мыслей литургического богословия праздника Преображения. Иными словами, этим подтверждается известный эзотеризм, известная иерархичность познавания Божественного для христиан. Равенства в познании и в Божественной жизни не существует и не может существовать, как его вообще нет в Божественном замысле. Только избранники познают высшее, только Петра, Иакова и Иоанна возводит Господь на «гору высоку», только высшим, посвященным в тайны священной исихии, дано быть участниками фаворского преображения и в этой еще жизни. Путь к этому аскетический. Плоды его несказанны. Вот примеры.

«Безмолвие состоит в обращении и собирании ума в себе. Особенно же в обращении к уму всех душевных сил и действии их по уму и по Богу… Как только душа не будет развлекаться разными образами, тогда человек с трудом найдет мир и достигнет успокоения и, насколько возможно, познает Бога, благодаря Которому oн существует. Это все превосходит его собственную природу и ведет к причастию природе Божественной, постоянно подвигаясь вперед к лучшему». Это богопричастие и осияние небесным несозданным светом является вообще уделом святых. «Апостолы Петр и Павел светят самим наднебесным и надмирным силам (т.е. Ангелам) своим светом, “у которого нет изменения и ни тени перемены” (Иак 1, 17). Они не только выводят сидящих во тьме в этот чудесный свет, но и, распространяя свет, превращают в свет тех, кто приобщается ему, делают из них порождения совершенного света, так что каждый из них просияет как солнце в будущем Пришествии и славном явлении Начальника Света и Божественного Логоса. Будучи такими светилами друг для друга, они приносят сегодня свет и нам и просвещают Церковь».

Ту же мысль Палама высказывает, восхваляя и Крестителя Иоанна, и св. вмч. Димитрия. Св. Петр Афонский «преодолел человеческое естество и достиг божественного изменения для сверхъестественного совершенства».

В обожении, начинающем таким образом осуществляться уже здесь, на земле, но имеющем быть завершенным только в Царстве Славы, исполняется замысел Божий о человеке. «Создавший сердца всех (см.: Пс 32, 15) и явившийся нам во плоти желает теперь воссоздать в нас погибшие сердца такими, какие Он первоначально при создании всадил в наши души. Ибо Он создал начальный образ, соответствующий будущему учению, а потом приносит учение, соответствующее изначальному созданию, ничего другого не производя, как очищение красоты создания, омраченного приятием греха». Христос избрал Своих апостолов из бедных, невежественных и простых людей, но и беднейший, простейший, невежественнейший, если он показывает готовность и надлежащую заботу о красоте, может не только познать Божественное учение, но и сам по благодати стать учителем». В этом Палама видит осуществляющееся наше усыновление Богом, или, иначе, обожение нас.

Важно, что человек при духовном совершенстве может стать выше Ангелов, светить самим Ангелам. Не только Ангелы суть «вторые светы», отражающие первый, Божественный свет людям. И сам человек может подняться выше Ангелов, сам стать непосредственным причастником Божественного светолития. Не только в ипостаси Богочеловека человеческое естество превознесено выше ангельских чиноначалий (литургическое богословие праздника Вознесения), но и самому человеку как таковому возможно превосходить Ангелов благодатным светом.

Вспомним, что для Паламы человек в известных отношениях выше Ангелов, больше, чем они, создан по образу и подобию. Иерархизм от этого не нарушается. Иерархия наблюдается не в степени бесплотности, а в степени соответствия и зрелости к восприятию Бога, к обожению. Ангелам дано быть только отражателями света, а человеку предуставлено стать Богом. Божественный Логос не стал Богоангелом, а Богочеловеком. Человек от вечности во всей своей полноте, то есть во всем своем психофизическом составе, божественен. До такой возвышенности мысли о человеке не доходила ни одна богословская система вне Православия.

Ко всему сказанному об обожении в учении свт. Григория Паламы следует добавить некое замечание характера филологического. Понятие теозиса стало с IV века особенно близко уму православных богословов. Этим словом и производными от него пользуются начиная со св. Афанасия все писатели Восточной Церкви. Но кроме терминов обожение, боготворение, богоподобие и т.д., святые отцы иногда, а Палама чаще всех, употребляют еще и выражение богопричастие. О значении, которое ему придавали отцы и писатели Церкви, считаем полезным сказать несколько слов.

Насколько нам известно, слово это новое. Древний мир его не знает. В обычных школьных лексиконах его поэтому и нет. В русских переводах, поскольку те творения святых отцов, где оно встречается, переведены на русский язык, оно в переводе святителя Григория Богослова означено словом, литературно совершенно неприемлемым: «купно Бог»; а в переводе святого Иоанна Дамаскина проф. А.Бронзова как «причастный такому же Божеству».

Насколько нам известно, это выражение было впервые сказано святителем Григорием Богословом в его слове 45-м «На Святую Пасху»; затем мы его находим в ареопагитиках, у св. Максима Исповедника, у св. Анастасия Синаита, у св. Иоанна Дамаскина, у Феофана Керамевса, у Феофана Никейского и, наконец, у свт. Григория Паламы. Значение, с которым оно употреблялось, неодинаково.

Один смысл ему придается ареопагитиками. В главе I, §5 «Об именах Божественных» сказано: «…когда мы излагаем богословские описания, как-то: Единое, Непознаваемое, Сверхсущее, Самоблагое, что и есть Бог на самом деле, то Троическую Единицу, равнобожественную и равноблагую, мы ни выразить словами, ни понять не можем». Совершенно ясно, что это выражение («равнобожественная») относится ко всей Святой Троице. То же значение ему придано в соответствующей схолии св. Максима Исповедника: «…равнобожественной он (Дионисий) называет Всесвятую Троицу».

Совсем иной смысл, христологический, дается этому слову у всех других упомянутых писателей. У свт. Григория Богослова в 45-м слове «На Святую Пасху» сказано в истолковании текста Исхода (12, 5) о пасхальном агнце: «Агнец совершенен не только по Божеству, в сравнении с Которым ничего нет совершеннее, но и по воспринятому естеству, которое помазано Божеством и стало тем же с Помазавшим и, осмелюсь сказать, богопричастным». Св. Иоанн Дамаскин в первой главе третьей книги «Точного изложения» ссылается на это место: «…должно знать, что о плоти Господа говорится, что она не по причине превращения естества, или перемены, или изменения, или слияния обожествлена и сделалась причастной такому же Божеству и Богом; как говорит Григорий Богослов, “из чего одно обожествило, а другое обожествлено и, отваживаюсь говорить, причастно такому же Божеству”».

Далее Дамаскин развивает мысль о соединении природ в ипoстаси Спасителя, пользуясь обычными в патристике со времен Оригена, Кирилла Александрийского и Феодорита Кирского сравнениями раскаленного железа или угля.

Св. Анастасий Синаит (VII в.) пишет: «…поэтому и всесвятое тело Христа мы называем Божественным, и все телесное Божественным, и пречистую Его душу собожественною, и все, что свойственно душе, — Божественным и богопричастным».

Феофан Керамевс, епископ Россанский в Калабрии (XII в.), в «Беседе 36» говорит: «Воспринятое человеческое естество, непосредственно соединенное с Божеством по Ипостаси, сделалось богопричастным, не переменившись в естество Божества».

Феофан, митрополит Никейский, современник Паламы, в письме III, §4 пишет о том, что «в Своем вочеловечении Логос сделал богопричастным это наше смешение, т.е. Им воспринятое естество».

Итак, во всех пяти последних текстах интересущее нас слово имеет значение христологическое. Совершенно с тем же содержанием находим мы его и у свт. Григория Паламы. Это выражение нам удалось встретить в его творениях, бывших в нашем распоряжении, восемь раз. В сущности это надо свести к семи текстам, так как один раз оно встречается в «Исповедании православной веры» как дублет 8-й беседы, сказанной в первую неделю поста. Вот эти примеры.

В беседе 4-й Палама говорит: «…слава Его Божества при первом Пришествии была скрыта под телом, которое Он от нас и ради нас воспринял, а теперь она скрывается на небе у Отца с богопричастною плотию; тогда же, т.е. при Втором Пришествии, Он откроет Свою славу». В беседе 8-й: «…явившись после воскресения и вознесшись на небеса и воссев одесную Отца, Он сделал наше тело, как богопричастное, равночестным и сопрестольным Отцу». То же и в «Исповедании веры». В беседе 14-й: «Настолько велико, Божественно, несказанно и недомыслимо то, что наше естество становится богопричастным и благодаря этому нам дается возможность восхождения к лучшему; и это оставалось поистине непознаваемой и от вечности скрытой тайной для святых Ангелов и для людей и для самих пророков-духовидцев». В беседе 19-й: «Один Он, воскресив Себя на третий день, не возвратился снова в землю, но вознес на небо наше смешение и, как богопричастное, сделал его сопрестольным Отцу». В беседе 21-й: «Слово Божие, ипостасно соединив с Собою наше естество… и очистив его чудесным и неприступным огнем Своего Божества от всякого страстного расположения, соделало его богопричастным и как бы раскаленным». И несколько дальше: «Господь… вознесся во славе и вошел в нерукотворенную Святая Святых и сел одесную величества на небесах, соделав тело, как богопричастное, сопрестольным Отцу». В 42-й беседе: «Господь прикоснулся к одру (сына наинской вдовы), чтобы показать, что Его собственное тело, как богопричастное, имеет животворящую силу, и сказал: “Юноша! тебе говорю, встань”».

Из приведенных ссылок явствует, что термин богопричастный употребляется Паламою в его христологическом значении, применительно к человеческой природе Христа. В силу своего обожения это естество возносится Спасителем на Престол горней славы. Палама подчеркивает, что плоть Спасителя стала богопричастною не только после вознесения на небо, но и в течение земной жизни, как им говорится в чуде воскресения наинского юноши.

Из сказанного ясно, что это естество могло стать обоженным только потому, что к этому оно было от вечности предрасположено и предназначено. В плане творения в мире Божественных логосов о мире и человеке нашему естеству дано и предуказано быть плотскою одеждою Спасителя. Богопричастным по своему замыслу наше естество было, следовательно, еще в Предвечном Совете Божием.

Это слово можно переводить на русский только как «богопричастный», но никак не «равнобожественный», по аналогии с «единосущный». «Равнобожественный» можно допустить только в словах св. Дионисия Ареопагита и св. Максима Исповедника, где говорится о «равнобожественной Троице». Если же так же переводить это слово и в его христологическом применении, то мы ему придадим расширительный смысл, на что нас никак не уполномочивает самый смысл рассматриваемых текстов. Если бы это слово в самом деле толковать как «равнобожественный», то естеству человеческому или плоти Спасителя было бы придано единосущное Богу значение.
Отцы, нами цитированные, говорят о богопричастности плоти Христовой. Из этого следует, что наше естество было от вечности к этой богопричастности предназначено, почему и можно говорить о вечном богочеловечестве. Но из этого ни в коем случае нельзя сделать вывода о единосущности человеческой природы природе Божественной, что, однако, имело место в истории догмы. Свт. Афанасий в «Послании к Эпиктету, епископу Коринфскому» обличает именно тех, кто думал, что «тело, рожденное от Марии, единосущно Божеству Слова». Это значило бы, что «Само Божество, Единосущное Отцу, было обрезано и из совершенного стало несовершенным». «Само Слово не изменилось в плоть, — говорит свт. Афанасий, — но явилось во плоти». «Для человеческого тела произошло великое присовокупление от общения и соединения с ним Слова. Ибо из смертного оно стало бессмертным; будучи душевным, стало духовным; быв от земли, прошло небесными вратами». «Тело, будучи храмом Слова, исполнено было Божества».

В заключение напомним еще, что человек не есть только факт этого эмпирического мира, но и имеющая быть осуществленной идея, имеющий раскрыться замысел Божий о лучшем из Его созданий. Словом Божиим творится этот мир. Бог произносит Свое слово «да будет» — и возникают одни за другими части и циклы этой вселенной. Бог, Святая Троица, увенчивая это мироздание, произносит Свое зиждительное слово: «и сотворим человека». И на это повеление быть человек призван привести в исполнение это задание, раскрыть этот замысел, осуществить от вечности предсуществовавшую идею. На зиждительное слово человек должен отозваться. Бог ждет этого ответа человеческого. Человек потому-то и ответствен, что ему, как словесному и разумному существу, надлежит ответить Богу, ответить всем своим бытием, всей полнотою своей человечности. И благодаря вочеловечению Слова, Его добровольному ограничению Самого Себя, благодаря, скажем словами о. Павла Флоренского, идее о смирении Божием, о самоумалении Божием, «эта идея впервые дала почву для признания твари самостоятельною и потому нравственно ответственною за себя перед Богом». Поэтому верно отмечает Эмиль Бруннер в лучшем произведении, какое дала западная мысль по христианской антропологии за последнее время: «Человек есть сущность “богословская”, создание, назначение которого есть “пребывание-в-Слове-Божием”. Человек во всем, что он есть, что он делает, говорит и думает, дает ответ на зиждительное слово. И не только дает ответ, но и сам есть этот ответ. Человеческое бытие поэтому, в отличие от всякого иного бытия, есть бытие ответственное».

Человек ответственен пред Богом в исполнении и раскрытии того замысла, который Богом изволен от вечности. Человек, как «богословесное» существо, призван жить и ответить на это слово о бытии. Свою задачу он призван исполнить творчески, то есть разумно и свободно. Призван творить в области нравственной, духовной, интеллектуальной, эстетической. Призван встать и идти по тому пути, который указан ему Богочеловеком, сказавшим о Себе Самом: «Аз есмь путь, истина и жизнь».

Куда ведет этот путь? Ответить можно одним словом: к обожению. Или скажем предсмертными словами самого святителя Григория Паламы: «В горняя… в горняя… к Свету».

Архимандрит Киприан (Керн)

Православие. руhttp://www.pravoslavie.ru/3082.html

Подробнее →
Exemple

Наши братья русские празднуют сегодня свой праздник[1]. Они славят великого и святого мужа, почившего в Господе 917 лет назад…

Этот сегодняшний праздник русский можно назвать и религиозным, и национальным, и государственным, и культурным. Ибо святой русский князь Владимир заложил краеугольный камень в основание, на котором воздвигнута девятисотлетняя палата русской веры, русской нации, русского государства и русской культуры. Он – духовный родоначальник народа русского.

крещение великого князя владмираДумаю, что все южные славяне, а сербы прежде всего, должны сердцем и душой принять участие в этом праздновании наших русских братьев. Ибо совесть наша заставляет нас плакать, когда русские плачут, и радоваться, когда русские радуются. Велик долг наш перед Россией. Может человек быть должен человеку, может и народ – народу. Но долг, которым Россия обязала сербский народ в 1914 году, настолько огромен, что его не могут возвратить ни века, ни поколения. Это долг любви, которая с завязанными глазами идет на смерть, спасая своего ближнего. Нет больше той любви, как если кто положит душу свою за друзей своих – это слова Христа. Русский царь и русский народ, неподготовленными вступая в войну за оборону Сербии, не могли не знать, что идут на смерть. Но любовь русских к братьям своим не отступила пред опасностью и не убоялась смерти. Посмеем ли мы когда-нибудь забыть, что русский царь с детьми своими и миллионами братьев своих пошел на смерть за правду сербского народа? Посмеем ли мы умолчать перед Небом и землей, что наша свобода и государственность стоят России больше, чем нам?

Мораль мировой войны, неясная, сомнительная и с разных сторон оспариваемая, являет себя в русской жертве за сербов в евангельской ясности, несомненности и неоспоримости. А мотив самоотвержения, неземное нравственное чувство при жертве за другого – не есть ли это прилепление к Царствию Небесному? Русские в наши дни повторили косовскую драму[2]. Если бы царь Николай прилепился к царству земному, царству эгоистических мотивов и мелких расчетов, он бы, по всей вероятности, и сегодня сидел на своем престоле в Петрограде. Но он прилепился к Царствию Небесному, к царству небесных жертв и евангельской морали; из-за этого лишился головы и он сам, и чада его, и миллионы собратьев его. Еще один Лазарь и еще одно Косово! Эта новая косовская эпопея открывает новое нравственное богатство славян. Если кто-то на свете способен и должен понять это, то сербы и могут, и обязаны это понять.

Но подобная мистерия прилепления к Царствию Небесному, то есть к тому, что в данный момент в глазах мира является худшим выбором, проявлялась в русской истории не однажды и не только в наше время. Это долгий процесс, пронизывающий всю историю русского народа от святого Владимира до сегодняшнего дня.

Князь Владимир первый с народом русским прилепился к Царствию Небесному. С народом, говорю я, ибо и до него прилеплялись отдельные личности к Небесному Царству – тут и его бабка Ольга, и киевские мученики Феодор и Иоанн и другие. Но Владимир первый пошел путем Креста со всем народом своим. Это не могло произойти без великой внутренней борьбы в самом Владимире, без много большей душевной борьбы, чем у косовского Лазаря и у последнего царя русского. Ведь они, будучи крещеными и воспитанными в христианском духе людьми, должны были просто выбрать, оставаться или не оставаться им до конца на привычном уже пути христианского жертвования, тогда как язычник Владимир, сын отца, прозванного «диким вепрем», должен был решиться на совершенно новый, на Руси дотоле неведомый и неисхоженный путь. Он, никогда не отказывавший себе ни в одном земном удовольствии, доходивший до предела разврата, необузданной кровожадности, грабежа, местелюбия, – он должен был умереть старой душой и начать жить новой, по глаголу Христа: Потерявший душу свою ради Меня сбережет ее. Решиться на смерть душевную, я считаю, тяжелее и героичнее, чем на смерть телесную. Ибо смерть душевная, на которую решился распутный князь Киевский, означала не смерть мгновенную и однократную, но смерть повседневную и многую, по словам Апостола Павла: Я каждый день умираю, братия. Принимая веру христианскую, Владимир знал, что принимает и самую тяжелую из трех предложенных ему вер. Летописцы сообщают, что он долго расспрашивал, прежде чем решился. Он знал, что христианская вера означает путь Креста и что путь Креста означает прежде всего поставить крест на своем дурном прошлом, на тряпье старых привычек, на своей старой душе. И знал он, что недостаточно будет просто стащить веревками с киевского холма Перуна и утопить его в Днепре, но что и сам он, и каждый подданный его должен будет выкинуть всех идолов из своей души. А идолы славянские, – увы! – как и любые идолы, были вымечтанными земными богами, величайшими ничтожествами под громчайшими именами, тупыми и немыми агентами царства земного, привязывавшими людские души к земле, обещавшими лишь земное царство, земное обманчивое счастье, которого никто никогда в глаза не видел. Идолопоклонство славянское, с центром в Киеве, делало славян самым диким народом Европы. Каков был в язычниках Владимир, таковы были и русские славяне: мрачная орда грабителей, разбойников, обжор, пьяниц, разрушителей, которые вдов сжигали живьем, которые идолам своим приносили в жертву закланных младенцев. То был страх и трепет для культурных народов, особенно для самой культурной из них – Византии. Наибольшим удовольствием для славян было разрушение того, чего они не создали, и ограбление того, чего они не заработали. Какая сила под солнцем могла из этой мрачной орды сотворить народ, приручить его, переродить, преобразить, воскресить и дать ему душу святую вместо души звериной? Единственно сила веры Христовой могла совершить с русскими это неземное чудо. Она из Владимира-волка сделала Владимира-ягненка. Недавний женоманьяк, Владимир распустил свой гарем и начал жить целомудренно. Владимир – обжора и пьяница начал поститься, причем поститься до изнеможения, – он, посмеявшийся над верой исламской, когда услышал, что она запрещает свинину и вино! Владимир-кровопийца начал обходить больницы и тюрьмы, раздавая милостыню и утешение. Владимир – ночной игрок и весельчак начал проводить ночи в слезных молитвах, в коленопреклонении и отбивании поклонов, в размышлениях о суде Божием и своей душе. Владимир-бесстыдник стал стыдливее девушки. Владимир-палач превратился в кроткого, раскаянного и милостивого самарянина. Словом, Владимир-идолопоклонник преобразился в христианского святого. Словно на некой стене стерли изображение демона и написали Ангела! Куда большее чудо, чем вышедшая из гусеницы бабочка!

Говорят, ни одного чуда не произошло на гробе святого Владимира. Но не сотворил ли сей избранный муж при жизни своей величайшее чудо над самим собой? Все чудеса, которые творят верою святые люди: исцеление от болезней, очищение от страстей, освобождение от пороков, вразумление сумасшедших, воскресение мертвых – все эти чудеса совершил святой Владимир на самом себе. Если бы еще и на гробе его случались чудеса, думаю, люди смотрели бы на него, как на бога, а не как на святого. Сам по себе переворот, происшедший в душе Владимира при его жизни, – столь великое чудо, что его невозможно приписать усилиям человека, но только лишь могуществу и милости Божией.
Кто-то может пуститься в исследование Промысла Божия и в недоумении вопрошать: отчего Бог избрал крестителем и переродителем русского народа именно такого человека, который первой половиной своей жизни превзошел во зле, кажется, всех своих языческих предков и современников? Как будто Тот, который гонителя Савла обратил в Апостола веры Христовой, не знал, что делает, выбирая такого язычника, каким был Владимир, для важнейшей миссии в великом народе! Тяжело, правда, распознать все нити в тончайшей ткани Божия Промышления, но эта нить довольно ясна. Нужно было именно исправившегося грешника выставить пред всеми коленами русскими. Нужно было на пороге новой России поставить просветившегося язычника, чтобы он стоял подобно медному змию и примером своим наставлял, подбадривал и лечил оступившихся и павших русских во все грядущие времена. Самая лучшая рекомендация для любого лекарства – это исцеленный больной. Нужно было исцеленного князя Киевского показать тем, кто болен, чтобы они с радостью приняли лекарство, давшее ему здоровье. Из всех чудес, что творит в мире вера Христова, самое полезное чудо – обращение грешника в праведника. И вот с этим на себе самом совершенным чудом стоит Владимир в воротах христианской Руси и словно кричит в уши каждому русскому: «Я был ночь и превратился в день! Кем был ты? И во что ты превратился?».

«Владимир – красно солнышко». Так прозвал народ русский своего духовного родоначальника. Разумный и благодарный народ этими словами лучше всего отобразил личность крещеного князя-крестителя. Мрачная телесная масса превратилась в красное солнышко. Это воистину произошло с Владимиром. И Владимир оставался красным солнышком во всю минувшую историю народа русского, все эти девять столетий. Столетия сии изобилуют в России святыми мужами и святыми женами, чудотворцами – среди них и два сына Владимира, святые Борис и Глеб. Они исцеляли больных, освобождали бесноватых, воскрешали мертвых. Но все они должники святого Владимира. И всем им легче было сделаться святыми, нежели Владимиру, великому князю и великому богатею, который сквозь игольные уши должен был пролезать в Царство Небесное, не имея предшественников в святительском календаре своего народа.
Итак, Владимир – и необычный человек среди остальных великих людей, и необычный святой среди святых. Он – пионер величия и святительства в русском народе, причем пионер державный, сделавший подлинное величие и святительство государственной программой. Удивительная государственная программа, которую нельзя претворить в жизнь, пока каждый гражданин не претворит ее на себе, по примеру самого Владимира! С этого державного святителя начинается новая Русь, новый народ, новый дух, новый путь, новая культура. Крестивши русский народ, святой Владимир долгую русскую ночь обратил в светлый русский день. Если бы кто-нибудь вывел подземную реку из-под земли, прорыл ей новое русло под солнцем и сделал ее полезной в сотнях отношений, то совершил бы дело подобное тому, что совершил Владимир с народом русским, – но намного более скромное и легкое. Мрачная языческая масса русская через Крещение сделалась с течением времени «красным солнышком» среди народов. И мы можем воскликнуть: русский народ, красно солнышко!

Если мы сейчас оглянемся на жизнь русского народа от святого князя Владимира до сегодняшнего дня, то увидим, что он шел по пути, на который вывел его дух и пример его крестителя. Поколение за поколением рождалось на Русской земле; родившись, поставляемо было пред выбором одного из двух царств; выбирало Царство Небесное и – отходило. Миллионы за миллионами являлись на свет, брали на себя крест Владимиров и, восклицая Христу: Осанна! – уступали место новым миллионам. Жатва Христова становилась все больше, все обильнее. Но это историческое течение жизни русской происходило не без застоев, не без колебаний. Случались и остановки, и поджидания немощных, усталых, и поиски заблудших, и очищения погрязших, как это обычно бывает с путниками. Река русской народной истории текла в определенном направлении – и это главное, – но иногда быстро, иногда медленно, порой же так тихо, что тяжело было определить, вперед ли она течет или назад.

Вы слышали об удивительном психическом явлении у некоторых лиц, которые в минуту смертельной опасности способны увидеть, пересмотреть заново всю свою жизнь – с детства и до самого момента опасности. Я верю, что в сегодняшних смертельных кошмарах, сдавивших русский народ, хотя бы у некоторых русских должна была пройти перед глазами картина всего прошлого их народа – с киевского Крещения до наших дней. И у нас, если бы мы попытались проанализировать тот невиданный ужас, что ныне завладел Россией, открылись бы глаза на русское прошлое за последние девять веков. Тогда бы мы увидели, что во всем своем течении, до сегодняшнего дня, русская историческая жизнь рисуется классически ясной. Пред нами предстали бы шесть периодов русской истории от святого Владимира и доныне, а близок и седьмой период. Так и напрашивается сравнение этих семи периодов с семью Таинствами Христовыми.

Первый период, период Владимира, соответствует Таинству Святого Крещения. Он короток, но очень значителен в силу переворота в жизни русского народа, его вступления на новый путь и движения к определенной, новой цели.

Второй период вытекает из первого и длится до монгольского ига. Этот период соответствует Таинству Миропомазания. В этот период народ лечился от остатков язычества и утверждался в крестном пути. Во всякой русской душе до’лжно было произвести чудо перерождения, совершенное со Владимиром, и в каждой душе особым образом поставить печать Царствия Небесного. А Миропомазание как Таинство и означает утверждение в вере с помощью дара Духа Святого.

Третий период протекал под игом монголов. Этот период соответствует тайне святого покаяния. Нагромоздившиеся за время свободной жизни грехи нужно было, как пыль, сдуть с души народной резким ветром рабства. Как на Руси под монголами, так и на христианских Балканах под турками! Замедлившуюся было реку жизни нужно было водрузить на склон, в каменное русло, чтобы течение ее ускорилось, чтобы она стала прозрачнее. В рабстве народ молчит, припоминает прошлое и кается. Рабство весьма положительно повлияло на то, что раз навсегда сделалось главной целью русской истории, намеченной ясно и твердо святым Владимиром. Цель эта – очищение духа от всего земного и прилепление к Царствию Небесному.

Четвертый период – с освобождения от монгольского ярма до царя Петра. Освобождение началось Куликовской битвой, случившейся за девять лет до Косовской битвы, что принесла рабство сербскому народу. Этот светлый период свободы у русских соответствует Святому Таинству Брака. Душа народная, очищенная страданием, обручается и целиком отдается своему Небесному Жениху. На Русской земле безраздельной властью воцаряется Христос. Русь украшается бесчисленными святынями и святителями, словно небо звездами. Радость о Христе исполняет всех и каждого, от царя и Патриарха до бездомного и юродивого скитальца. Словом, свадебный пир, соединение народа с Богом!

Пятый период – от царя Петра до мировой войны. Он соответствует Святому Таинству Елеосвящения. В этот период русская интеллигенция ослабляется, в ней происходят шатания. Она выезжает из России с полным коробом народных добродетелей, а возвращается с коробом, полным иностранных заблуждений! Является смятение. Среди образованных людей возникает жестокий раздор, немилосердные препирательства – не о мелочах, а именно о жизненных началах, о святой народной программе Владимира. Раны наносятся все чаще, а гной изливается во всех городах и городишках. Деревенская церковь и дальше продолжает быть наряженной невестой Христовой, в городе же она предстает в виде сиделки, что с заботой и грустью бдит над больными. Число прилепившихся к царству земному растет подобно воспалению. Утопленный Перун, а с ним и все семейство идолов поднимают голову из Днепра. Но дух святого Владимира поражает его в голову. Река русской жизни сильно замедляется, и на поверхности ее скапливается нечистота. Но это река очень глубокая. Глубина ее – это душа многомиллионного народа.

Шестой период – с мировой войны, точнее, с мученической смерти царя-мученика – длится до сих пор. Князю мира сего попущена от Бога власть над Святой Русью. Бог попустил до времени быть не Его воле, а воле грешников, отрицающих Царствие Небесное и возжелавших царства земного. Языческий, довладимирский дух воцарился на Руси. Этот мрачный и злой дух торопится увести реку русской жизни от солнца Христова и вновь сделать ее подземной. Но народ русский причащается. Никогда он еще не соединялся с возлюбленным Христом более искренно, чем сейчас, когда неверные плюют в лицо Христово. Никогда для него Кровь Христова не была так сладка, как теперь, когда она под запретом, когда до нее тяжело добраться. О Сладкая Кровь Иисусова, как несказанно сладка стала ты для тех сыновей и дочерей России, чьей кровью и слезами причащается в эти дни Русская земля!

А завтра настанет седьмой период русской истории. То будет Святое Таинство Рукоположения. На многострадальный Владимиров род изольется новая благодать Духа Божия. Русский народ станет священным народом и будет утренней звездой среди народов, красным солнышком среди племен земных.

Итак, история крещеной Руси представляет собой макрокосмически душевную драму святого Владимира, как святой Владимир микрокосмически представляет собой всю историю крещеной Святой Руси. Оглянемся теперь на сегодняшнее положение мира. С кровью мировой войны на главе своей, нынешний мир глубоко погряз в грубости и жестокости. Он нуждается теперь не в одном святом – этого слишком мало, – но в целом священном, святом народе. Народ этот должен и в наши дни пройти владимировы муки внутренней борьбы за превосходство Царствия Небесного над земным. Народ этот должен быть хорошо битым и битьем убеленным от греха, как долгим битьем отбеливается полотно. Он должен быть крещен огнем мук и слез, чтобы сделаться смягченным, облагороженным, обоженным, совершенным. Мир ждет такого народа. Кто же будет этим ожидаемым народом? Это тот народ, о котором мир сегодня не в состоянии сказать ничего определенного, о котором судят да рядят на всех пяти континентах. Это – народ судьбы, который Провидение месит, чтобы сделать из него самый лучший хлеб для духовной трапезы изголодавшегося мира. Русский народ разделен сегодня на мучеников и мучителей. И одни и другие безмерно мучаются. И мы желаем спасения и одним и другим. Этим подвигом самоистязания народ русский готовится к великой своей миссии в человечестве, готовится громко изречь то «новое слово», о котором говорил Достоевский.
Своим первым Крещением, водою и Духом, под святым Владимиром, Россия спасла христианство. Произошло это именно тогда, когда православная вера, поддерживаемая Святой Византией, совсем было обессилела – не из-за своего бессилия, но из-за бессилия людей; когда, с другой стороны, политиканская вера Запада – вино, смешанное с водой, – боролась с князьями мира сего за земное царство. Христианство было на смертном одре, истинные христиане – в отчаянии. Тогда Промысл Божий двинул целый континент, целый неведомый людской муравейник на помощь правой вере. То была Владимирова Русь. Сегодня, когда, с одной стороны, сосуды веры христианской на Востоке и Западе недостаточно сильны, чтобы помочь оглохшему и растерянному миру, и когда, с другой стороны, самое закоренелое язычество под разными именами подняло свои рога на всех пяти континентах, – сегодня вновь Промысл Божий призывает Владимирову Русь помочь христианству, а через него и человечеству. Помочь таким образом, чтобы на весах ценностей дать перевес той стороне, что готова во имя Сына Божия прилепиться к Царствию Божию.

Наступает время и настало уже, когда мученичеством крещенная и освященная Святая Русь свяжет всех нравственных идолов, которые сейчас ее давят, и, подобно святому Владимиру, свергнет их с земли Русской в бездну невозвратную.
Наступает время, и настало уже, когда в России не просто будут обновляться иконы святительские, как это происходит сегодня, но когда войско живых русских святых, от святого Владимира и святого Серафима до последних мучеников Христовых с Царем-мучеником во главе, возвестит Небу и земле, что весь русский народ обновлен Христом, заново в муках рожден, заново во крови крещен и готов теперь помочь всему миру.

Наступает время, братья мои, и уже на пороге оно, когда грязью залитое и в муках постаревшее лицо русского народа воссияет как солнце и осветит всех тех, кто сидит во тьме и тени смертной. Тогда все народы на земле благодарно возгласят: «Наша Русь, наша мученица, красное солнышко!». Как и русский народ непрестанно, а особенно в этот день, каждый год возглашает: «Владимир – красно солнышко!»

Блаженны вы, плачущие в эти дни с Россией, ибо с нею и утешитесь! Блаженны вы, скорбящие сегодня с Россией, ибо с нею скоро и возрадуетесь.

15/28 июля 1932 года, Белград

Святитель Николай (Велимирович)
Перевел с сербского И. Прийма
28 июля 2011 г.

[1] Слово о святом Владимире было произнесено на праздновании дня святого Владимира 15/28 июля 1932 года в Белграде. Печатается по: Новый журнал. М., 1995. № 2. С. 151-161.

[2] Косовская битва (1389 год), чье 600-летие широко отметил не так давно сербский народ, явилась переломным моментом в покорении Сербии турками. Сербия, подобно Древней Руси, приняла на себя удар восточного варварства, от которого защитила Европу. Драматизм битвы в том, что сербский князь Лазарь, зная, что идет на верную смерть (сербское войско насчитывало около 35 тысяч, а турецкое – свыше 100 тысяч воинов), не колеблясь выступил за правую веру и вначале добился даже успеха, но затем был взят в плен и убит. – Прим. переводчика.

Православие. ру

Подробнее →
Exemple

2 августа 2016 года, в 108-ю годовщину со дня кончины протоиерея Валентина Амфитеатрова, известного московского священника, почитаемого как праведника и чудотворца, у его могилы на Ваганьковском кладбище (участок 21) будет совершено заупокойное богослужение.

Начало панихиды в 12.00.

Аккредитация СМИ: julia-shabanova@yandex.ru, + 7 (968) 028-64-20 (Юлия Шабанова).

***

Валентин Амфитеатров родился 1 сентября (по старому стилю) 1836 года в селе Высоком Орловской губернии. Он происходил из известного священнического рода, давшего Русской Церкви таких видных иерархов, как митрополит Киевский Филарет и архиепископ Казанский Антоний. После окончания духовной семинарии и академии (1860) Валентин Амфитеатров был рукоположен во пресвитера и служил в Калужской губернии. Был смотрителем духовного училища в Мещевске, затем настоятелем храма Поливановской учительской семинарии в Подмосковье, с 1874 года — настоятелем Константино-Еленинской церкви, неподалеку от Спасских ворот Кремля, а в 1892 году был назначен настоятелем кремлевского Архангельского собора.

Выдающийся проповедник и духовник, отец Валентин привлек в московские храмы множество людей.

В 1902 году отец Валентин потерял зрение, но вынужденный затвор мало что изменил в труднической жизни пастыря: в квартиру на берегу Москвы-реки, а позднее в подмосковное Очаково приходили и приезжали тысячи людей, священник исповедовал, диктовал письма, проповеди.

Позднее были изданы книги протоиерея Валентина Амфитеатрова «Духовные беседы, произнесенные в московском Архангельском cоборе в 1896-1902 годах» (1909), «Воскресные Евангелия. Сборник проповедей» (1910), «Очерки из библейской истории Ветхого Завета. От Иисуса Навина до воцарения Давида» (1910) и другие.

20 июля 1908 году (по старому стилю) отец Валентин скончался. Его похоронили на Ваганьковском кладбище. Осенью 1990 года могила протоиерея Валентина Амфитеатрова, оскверненная в 30-е годы, была восстановлена и освящена настоятелем кладбищенского храма.

Московская (городская) епархия

Подробнее →
Exemple

22 июля 2016 года в актовом зале Общецерковной аспирантуры и докторантуры имени святых равноапостольных Кирилла и Мефодия была представлена новая книга председателя Отдела внешних церковных связей, ректора Общецерковной аспирантуры и докторантуры имени святых равноапостольных Кирилла и Мефодия, председателя Синодальной библейско-богословской комиссии митрополита Волоколамского Илариона «Начало Евангелия».

Она является первой в серии из шести книг под общим названием «Иисус Христос. Жизнь и учение». Серия будет продолжена следующими книгами: «Нагорная проповедь», «Чудеса Иисуса», «Притчи Иисуса», «Агнец Божий. Иисус в Евангелии от Иоанна», «Смерть и воскресение».

В презентации также приняли участие: митрополит Саранский и Мордовский Зиновий; митрополит Смоленский и Рославльский Исидор; митрополит Брянский и Севский Александр; архиепископ Якутский и Ленский Роман; епископ Каскеленский Геннадий, викарий Астанайской епархии; епископ Дмитровский Феофилакт, наместник Андреевского ставропигиального монастыря; епископ Егорьевский Тихон, председатель Патриаршего совета по культуре, наместник Сретенского ставропигиального монастыря; председатель Синодального отдела по взаимоотношениям Церкви с обществом и СМИ В.Р. Легойда, член Совета Федерации Федерального Собрания Российской Федерации С.Е. Щеблыгин, журналисты, представители общественности.

презентация книгиВ числе участников мероприятия – представители Поместных Православных Церквей: митрополит Варненский Иоанн (Болгарская Православная Церковь); митрополит Тамасосский Исаия (Кипрская Православная Церковь); епископ Бачский Ириней (Сербская Православная Церковь), представитель Патриарха Сербского при Патриархе Московском и всея Руси епископ Моравичский Антоний; представитель Патриарха Болгарского при Патриархе Московском и всея Руси архимандрит Феоктист (Димитров). На презентации присутствовали представитель Патриарха Московского и всея Руси при Патриархе Болгарском архимандрит Филипп (Васильцев), представитель Патриарха Московского и всея Руси при Патриархе Антиохии и всего Востока игумен Арсений (Соколов), главный редактор Издательства Московской Патриархии и «Журнала Московской Патриархии» протоиерей Владимир Силовьев, московское духовенство.

В ходе презентации прозвучало выступление председателя Патриаршего совета по культуре епископа Егорьевского Тихона. «Для меня большая радость и большая честь именно в эти дни представить только что вышедшую книгу («горячую», как ее называют издатели), которую написал владыка Иларион. – сказал иерарх. – Запланировано издание шести томов этого важнейшего труда. Важнейшего, потому что мы все знаем, что личность Господа нашего Иисуса Христа – самая обсуждаемая и самая пререкаемая, как предсказано в Евангелии, за всю историю человечества. Было издано множество биографических книг, посвященных Спасителю, Его жизни, но вот такой объемный труд, написанный православным иерархом, создается впервые: шесть томов биографии Господа Иисуса Христа. Книга эта будет одинаково интересна и людям, занимающимся наукой, и обычному читателю, который хочет разобраться для себя в том, Кем был Спаситель, и православному христианину, который имеет крайнюю нужду, особенно сегодня, утвердить свою веру».

Книга будет очень важна для священников, полагает владыка Тихон: по ней можно не только строить проповеди, но также определять и проверять свою христианскую веру и учиться у того Главного и Великого Пастыря, Которым является Господь Иисус Христос, ведь в этом труде специально рассказано о пастырском служении Спасителя.

«Мы очень рады, что успели издать первый том к замечательным дням празднования юбилея митрополита Илариона, и я от всей души хотел бы поздравить его с этим трудом, высказать слова искреннего восхищения, – продолжил епископ Егорьевский Тихон. – То, что владыка находит время для того, чтобы беседовать с самим собою, со своими учениками, со своей паствой и всей Церковью о самом главном, – бесконечно дорого, и за это мы Вам глубоко признательны».

Выступая на мероприятии, председатель Синодального отдела по взаимоотношениям Церкви с обществом и СМИ В.Р. Легойда отметил: «Выход книги «Начало Евангелия» – это, безусловно, событие в христианском книгоиздательстве, как и вообще в книгоиздательстве, это событие в православном и во всем христианском мире. Но это также событие и в интеллектуальной истории современности. Книга обращается к той теме, рядом с которой ничего нельзя поставить в истории человечества, – к Евангелию и к жизни Господа Иисуса Христа. Эту тему невозможно игнорировать, и не только верующим людям. О том, кстати сказать, автор говорит на первых страницах своего труда, обращая его, может, не столько к верующим людям».

По мнению В.Р. Легойды, сегодня очень важно обращение к людям колеблющимся и сомневающимся. «Это чтение очень важное и серьезное, и оно действительно будет интересно и доступно разным людям. Здесь нет образовательного ценза, человек не должен иметь степень кандидата наук, чтобы познакомиться с текстом», – подчеркнул он.

Выступающий выразил убеждение, что книга станет источником для других медийных форм – ее будут пересказывать, на нее будут ссылаться, будут заимствовать из нее цитаты.

Выступая на мероприятии, митрополит Иларион сказал:

«Если люди услышат о том, что вышла книга большого объема, а за ней последуют еще шесть книг, и конечный результат будет понятнее после прочтения всей серии, это, пожалуй, может отпугнуть читателя: в наше время люди не читают такие толстые книги. Но отчасти этот недостаток скрашивается тем, что книга «Начало Евангелия» очень богато иллюстрирована – на 800 страницах этого тома более 330 иллюстраций. Кого-то также могут отпугнуть сноски, ссылки на научную литературу, а также греческие и еврейские слова, время от времени появляющиеся в тексте. Но вся эта наукообразность, тем не менее, не делает книгу недоступной для широкого читателя.

Я стараюсь писать свои книги так, чтобы их мог читать каждый человек, имеющий среднее образование, то есть окончивший среднюю школу. Опыт моего общения с прихожанами показывает, что, несмотря на то, что книги снабжены научным аппаратом, они все-таки читаются без затруднений и легко усваиваются.

Меня часто спрашивают: «Для кого вы пишете свои книги?» У меня нет какого-то ясного адресата. Прежде всего, я пишу книги для себя – чтобы понять какую-то важную тему, разложить ее для себя «по полочкам». И я никогда не начинаю писать до тех пор, пока мне не станет ясно, что я хочу сказать. Очень часто доводится брать в руки книги, из которых видно, что их авторы сами не до конца поняли, что же хотят сказать. И поскольку этот мыслительный процесс у автора не завершился, то и читатель сталкивается с материалом, который ему трудно усвоить. Я стараюсь начинать писать только тогда, когда понимаю, что мне есть что сказать; и каждая страница текста – это то, что я для себя понял и пережил.

К книге, которая сегодня представлена, я шел очень долго: хотя писалась она довольно быстро, но путь к ней занял, по крайней мере, четверть века, а может быть, и больше. В самом начале 90-х годов, когда был создан Свято-Тихоновский институт (ныне Православный Свято-Тихоновский гуманитарный университет – прим.), меня пригласили туда читать лекции по Новому Завету. Тогда я впервые соприкоснулся не только с самим Евангелием, которое читал с детства, но и с научной литературой по этой теме. Но моей основной научной специализацией последних лет была патристика, то есть я занимался учением Святых Отцов, писал книги, посвященные им, и специальная литература по Новому Завету не привлекала моего серьезного внимания.

Года три назад под эгидой Святейшего Патриарха и Высшего Церковного Совета началась реализация масштабного проекта подготовки учебных пособий для бакалавриата духовных школ Русской Православной Церкви. Мы рассмотрели весь имеющийся материал, а потом мне предстояло осуществить ревизию всех наличных научных сил; и так получилось, что начинать писать учебник по Четвероевангелию мне пришлось самому. Но, как вы понимаете, для того, чтобы написать учебник, нужно сначала очень серьезно освоить научную область. И вот я, будучи уже в достаточно зрелом возрасте, начал осваивать, по сути дела, новую для себя область научной литературы по Новому Завету.

На этом этапе пришлось столкнуться с тем, что в современной западной новозаветной науке существует огромное количество концепций, по которым выстраивается изучение новозаветных текстов. Все ученые работают с одним и тем же текстом – это текст Нового Завета, существуют критические издания, выверенные по рукописям; но у ученых очень разные подходы.

Эти подходы я рассматриваю в первой части своей первой книги, в том числе, например, так называемую мифологическую теорию, говорящую о том, что Иисус Христос не был реальным историческим персонажем, что это была мифическая фигура, созданная на основе древнегреческих мифов об умирающих и воскресающих богах. В частности, эта теория развивалась в фашистской Германии в 20-30-е годы, она активно использовалась в Советском Союзе в атеистической пропаганде, а также нашла свое отражение в романе Булгакова «Мастер и Маргарита», по которому многие в нашей стране – например, поколения моих родителей, дедушек и бабушек – узнавали хоть что-то об Иисусе Христе. Этот роман начинается с того, что два литератора сидят в жаркий день на бульваре и рассуждают об Иисусе Христе, и один из них как раз озвучивает мифологическую теорию, а другой ему поддакивает.

Есть другая теория, связанная с очень известным теологом протестантского либерального направления, который на многие десятилетия вперед отравил ядом своих измышлений, не побоюсь этих слов, западную новозаветную науку. Теория заключается в следующем: был некий исторический персонаж Иисус Христос, он создал некое движение, и, возможно, он также написал некий сборник изречений, который был впоследствии утрачен. Но его движение стало распространяться, стали создаваться общины его последователей, и где-то под конец I века, а может быть, в начале II века эта историческая личность стала обрастать разного рода мифологией: придумали миф о том, что он воскрес, что он родился от девы, приписали ему различные чудеса.

В чем заключается изучение Нового Завета с точки зрения этого ученого и его последователей? В том, что нужно отделить аутентичное ядро «исторической реальности» от всех дальнейших церковных напластований. На нашей почве такой подход применял Лев Николаевич Толстой, который создал свою версию Евангелия – это Евангелие без чудес, без девственного рождения, без воскресения. На западной почве подобное появилось, начиная с Гегеля, Шлейермахера и других философов-рационалистов XIX века, а потом уже все эти идеи присутствуют и в новозаветной науке Бультмана и многих других.

Кроме того, исследователи рассуждали, кто такие евангелисты – мол, это лидеры неких христианских общин, существовавших в конце I – начале II века, и они писали свои тексты, исходя из пастырских нужд общины, адаптировали их для своих пастырских нужд. Например, кто такой был Матфей, и как он работал? По мнению этих ученых, это был некий персонаж – разумеется, никакой не апостол, а человек, живший гораздо позже апостольских времен – который брал отрывки Евангелия от Марка и приспосабливал их для своих пастырских нужд. Также он использовал якобы существовавший сборник изречений. Его назвали буквой Q, от немецкого слова Quelle, что значит источник. Сказали, мол, был такой «источник Q», и именно в нем содержатся поучения исторического персонажа Иисуса Христа, а все Евангелия – уже позднейшие наработки. Эти исследователи заявляли, что Матфей работал с якобы существовавшим «источником Q» и Евангелием от Марка и для своих пастырских нужд создавал евангельское учение, вкладывая в уста Иисуса Христа те слова, которые должны были услышать его прихожане.

Так, например, якобы была создана Нагорная проповедь. По этой теории, Иисус Христос только сказал, что блаженны нищие, блаженны алчущие и блаженны плачущие – больше ничего, а Матфей для того, чтобы утешить свою общину (нам рассказывают, что это была община, отделившаяся от синагоги, у них был внутренний кризис, и надо было этот кризис как-то утихомирить), на основе этих трех кратких изречений добавил: «Блаженны нищие духом», «Блаженны кроткие» и так далее. Обо всем этом я говорю подробнее в своей второй книге, которая посвящена Нагорной проповеди.

Таким образом, из того, что мы читаем в Евангелии, достоверным или восходящим к так называемому историческому Иисусу объявляется пять-десять процентов текста в зависимости от вкусов и подходов этих ученых. Если вы приедете в какой-нибудь крупный европейский город, например, в университетский город Оксфорд, зайдете в книжный магазин и посмотрите секцию «Новозаветные исследования», то увидите литературу, в которой представлены практически исключительно такие подходы. Вы не найдете там книг, где будет говориться о том, что Иисус Христос является Богом, что у Него две природы – Божественная и человеческая. Все это вы сможете найти, может быть, в разделах «Патристика», «Христология» или «Церковная история», но не среди новозаветных исследований.

Я оцениваю эту ситуацию в современной новозаветной науке как катастрофическую и в своей книге говорю о том, что настало время для демифологизации новозаветной науки. Мы должны освободить новозаветную науку от мифов, созданных такими людьми, как Бультман и ему подобные. Мы должны вернуться к евангельскому тексту, потому что, кроме четырех Евангелий, никакого иного достоверного источника, говорящего о жизни и учении Иисуса Христа, у нас нет и не будет. «Источник Q» даже издали (существует его критическое издание), но на самом деле этого источника никогда не было, его никто не видел. Его создали ученые путем выдергивания отдельных фраз, слов, маленьких рассказов из канонических и апокрифических Евангелий; это плод их воображения. Исследователи решили, что Иисус, которого они смоделировали, должен был создать именно такое «евангелие».

В своей книге я говорю, что для того, чтобы понять Евангелие и ту Личность, Которая стоит за ним, – Личность Иисуса Христа – мы должны всегда использовать два ключа. Это как сейф, который закрыт на два замка: если у вас есть только первый ключ, вы его не откроете, если только второй – дверь все равно останется закрытой.

Первый ключ – это уверенность в том, что Иисус Христос был реальным историческим персонажем, что Он был человеком со всеми присущими человеку чувствами, эмоциями, переживаниями, то есть так называемыми бесстрастными страстями, как говорили Святые Отцы. Человек, Который был способен радоваться и плакать, уставать, гневаться, – все это в Евангелии есть, для этого не нужно создавать «источник Q». Иисус Христос – реальный живой человек, и это первый ключ.

Второй ключ – это вера в то, что Иисус Христос был воплотившимся Богом. И только в этом свете приобретает смысл и значимость все то, о чем мы читаем в Евангелии: чудеса Христа, Его притчи, а самое главное – история Его страданий, смерти и воскресения. Ведь мы знаем, что очень многие люди в течение истории были распяты на крестах. Историки, например, пишут о том, как трех тысяч человек распяли после восстания Спартака – помню, нам еще в школе рассказывали об этом. Очень многие люди умерли смертью насильственной, несправедливой, но ни одна смерть не оставила такого следа в человеческой истории, как смерть Иисуса Христа.

Если бы Он был просто человеком, одним из многих и многих несправедливо осужденных, распятых на крестах, тогда, конечно, Его жизнь не оставила бы такого следа. Весь смысл евангельской истории заключается в том, что это история воплотившегося Бога. Того Бога, Который стал человеком, принял на Себя человеческую плоть для того, чтобы пройти весь жизненный путь, описанный в Евангелиях.

Этому пути, собственно, и посвящена моя книга. Я действительно задумал ее как биографию Иисуса Христа; то есть это не исследование православной христологии, не исследование того, как на Вселенских Соборах понимали соединение двух природ в Иисусе Христе. Конечно, попутно в книге эти богословские вопросы затрагиваются, но для меня основным фокусом, основным центром этой книжной серии является личность Иисуса Христа, Его облик. В первой книге серии я даже попытался набросать некий Его психологический портрет, рассказать о чертах Его характера, особенностях речи.

Книга называется «Начало Евангелия», потому что посвящена начальным главам четырех Евангелий, то есть это предыстория рождения Иисуса Христа, Благовещение, история Его Рождества. Затем – проповедь Иоанна Крестителя, появление Иисуса на берегах Иордана, Крещение, искушение в пустыне, выход на проповедь, призвание учеников и начало конфликта с фарисеями и книжниками. На этом заканчивается первая книга.

Следующая книга будет целиком посвящена Нагорной проповеди, а третья – чудесам Господа Иисуса Христа. Четвертая книга – о притчах Христа: я рассматриваю все притчи вместе и каждую в отдельности, говорю о том, что такое притча, в чем особенности этого жанра, какой смысл вкладывается в притчи, когда Господь Иисус их произносил, и как по-разному они в течение разных эпох воспринимались людьми. Пятая книга называется «Агнец Божий», и она посвящена материалу из Евангелия от Иоанна, который не имеет параллелей в синоптических Евангелиях. Это очень большой и богословски значимый материал. Наконец, шестая книга посвящена развязке евангельской истории – суду над Господом Иисусом Христом, Его страданиям, Его крестной смерти, Его воскресению и явлениям ученикам.

Вспоминая о том, с чего начиналась христианская вера, мы можем обратиться к первому посланию апостола Павла к коринфянам, где он говорит: «Напоминаю вам, братия, Евангелие, которое я благовествовал вам, которое вы и приняли, в котором и утвердились, которым и спасаетесь… Ибо я первоначально преподал вам, что и сам принял, то есть, что Христос умер за грехи наши, по Писанию, и что Он погребен был, и что воскрес в третий день, по Писанию» (1 Кор. 15. 1-4). Далее в послании перечисляются явления Господа после Его воскресения, а затем апостол Павел продолжает: «Если Христос не воскрес, то и проповедь наша тщетна, тщетна и вера ваша» (1 Кор. 15. 14).

Сравните этот простой, как сейчас говорят, месседж, который апостол Павел послал христианам Коринфа, с тем, что нам пытаются внушить современные ученые, утверждающие, что сначала существовал сборник изречений, вокруг которого потом стала формироваться некая мифология. Такое представление о начале христианской истории переворачивает все с ног на голову.

Именно факт воскресения Христа был главной движущей силой, благодаря которой началось распространение христианства. Не было еще никаких сборников – тексты появились позже. Апостол Павел нигде не ссылается на Евангелия. Почему? Потому что их еще не было. Он ссылается на Ветхий Завет.

А что было? Была уверенность в том, что Иисус Христос воскрес, была Евхаристия, которую Он оставил, которую древние христиане совершали и вокруг которой они собирались. И было устное предание, то есть рассказы апостолов о том, что они видели и слышали. По слову апостола Иоанна Богослова, «о том, что было от начала, что мы слышали, что видели своими очами, что рассматривали и что осязали руки наши, о Слове жизни» (1 Ин. 1. 1).

Это свидетельство и лежало в основе Евангелий, которые были впоследствии положены на бумагу. Думаю, что первые источники могли появиться не в конце I века, а уже в 40-50-е годы. Но евангелисты не были людьми, которые сидели с ворохом бумаг, сравнивали повествования, редактировали одно, добавляли от себя другое. Совсем другой был труд. Это была устная культура, в ней все передавалось из уст в уста. Нам сейчас ученые говорят: поскольку была устная культура, естественно, все это модифицировалось, изменялось, каждый добавлял, что хотел. Ничего подобного – устная передача информации может быть не менее точной, чем передача письменная. Спрашивают: «А как могли ученики запомнить дословно то, что говорил Иисус Христос, например, Нагорную проповедь?» Нагорная проповедь, полагают эти ученые, есть собрание каких-то кратких изречений, которые Иисус Христос в разное время произнес, и потом их сшили, как из лоскутов, в единое одеяло.

А почему? Почему не могли ученики запомнить дословно то, что Он говорил? Разве мы с вами, учась в школе или в детском саду, не заучиваем наизусть стихи и не носим их потом всю жизнь в памяти? Мы ведь их заучивали слово в слово, даже когда еще писать не умели. А речь Господа Иисуса Христа была очень поэтичной, Он говорил афоризмами. Господь говорил, по-видимому, рифмами – к такому удивительному выводу пришли ученые, которые пытаются восстановить арамейский оригинал Его речи. То есть речь Христа была афористичной, четкой, ясной, яркой и запоминающейся, ее запоминали слово в слово, и 20, и 30, и 40 лет спустя ее могли передать именно так, как говорил Иисус Христос.

Обо всем этом, а также о многих других вещах я говорю в своей книге. Очень хотелось бы надеяться, что она найдет своего читателя».
Владыка Иларион сердечно поблагодарил епископа Егорьевского Тихона и возглавляемое им Издательство Сретенского монастыря за многолетнее сотрудничество, которое продолжилось ныне изданием книги «Начало Евангелия».

В продолжение презентации игумен Арсений (Соколов) зачитал свою рецензию на книгу митрополита Илариона.

Председатель ОВЦС ответил на многочисленные вопросы присутствующих.

Принявший участие в мероприятии вице-президент Российской академии художеств А.А. Золотов передал председателю ОВЦС поздравление от президента академии Зураба Церетели в связи с отмечающимся в эти дни 50-летним юбилеем.

Служба коммуникации ОВЦС

Подробнее →
Exemple

Методические рекомендации по проведению занятий в образовательных организациях общего и дополнительного образования разработаны в связи с предстоящей столетней годовщиной событий 1917 года по благословению Святейшего Патриарха Московского и всея Руси Кирилла специалистами Синодального отдела религиозного образования и катехизации.

Для образовательных организаций с религиозным (православным) компонентом и православных организаций дополнительного образования данный курс рекомендуется в качестве учебного модуля «Новомученики и исповедники Церкви Русской», интегрированного в учебную дисциплину «Основы православной веры» (часть «История Русской Православной Церкви»).

Для государственных и муниципальных образовательных организаций данный курс рекомендуется для духовно-нравственного направления во внеурочной деятельности.

Встраивание этого модуля в образовательный процесс образовательных организаций общего образования и в систему дополнительного образования продиктовано необходимостью сфокусировать внимание обучающихся на подвиге соотечественников, пострадавших за веру Христову и верность Церкви в первой половине ХХ века, с целью формирования целостного представления об их подвиге народа России в контексте истории Отечества.

Данный модуль также может быть использован в рамках предметной области ОДНКНР в 2016/2017 учебном году.

Документ носит рекомендательный характер и может подвергаться коррективам с учетом региональных специфики.

Московская (городская) епархия

Подробнее →
Exemple

заседание совета Юго-Восточного московского викариатстваНастоятель храма святых равноапостольных Мефодия и Кирилла на Дубровке  протоиерей Владимир Макеев принял участие в заседании совета Юго-Восточного московского викариатства.

Заседание прошло в Новоспасском ставропигиальном монастыре под председательством управляющего викариатством епископа Воскресенского САВВЫ 14 июля 2016 года.

В работе Совета приняли участие благочинный храмов Влахернского округа протоиерей Анатолий Родионов, благочинный храмов Петропавловского округа архимандрит Алексий (Вылажанин), благочинный Ставропигиальных приходов и Патриарших подворий в Московской области протоиерей Виктор Сандар, а также члены Совета Юго-Восточного викариатства.

Кроме вопросов Повестки дня были рассмотрены кандидатуры для рукоположения в священный сан.

Официальный сайт Юго-Восточного московского викариатства

 

Подробнее →
Exemple

10 июля 2016 года Молодежный клуб храма Владимирской иконы Божией Матери в Виноградове совместно с общиной храма Усекновения главы Иоанна Предтечи в Северном проведут концерт, посвященный Дню семьи, любви и верности.

Концерт пройдет в Доме культуры «Северный».

Начало мероприятия в 16:00.

Вход свободный.

Адрес: ул. 3-я Северная линия, д.17 (ст.м. «Алтуфьево»).

Московская (городская) епархия

Подробнее →
Exemple

Православная служба помощи «Милосердие» проведет 30 июня донорскую акцию в пользу онкогематологических больных. Сбор крови пройдет в здании Синодального отдела по благотворительности, а вся собранная в день акции кровь будет направлена на лечение пациентов московских клиник, среди которых Морозовская больница, детская больница имени Филатова и больница имени Боткина.

«Летом число доноров снижается, — говорит Надежда Зайцева, координатор добровольцев службы «Милосердие» и один из организаторов акции. — При этом онкогематологические больные остро нуждаются в донорской крови независимо от сезона — после химиотерапии донорская кровь им жизненно необходима».

Организаторы акции — служба помощи «Милосердие» и межрегиональная общественная организация «Мост милосердия» — будут готовы принять 30 июня до 100 доноров. Согласно требованиям Московской областной станции переливания крови, которая осуществляет сбор крови, в акции может принять участие любой здоровый человек старше 18 лет, зарегистрированный в России.

Подробности о требованиях к потенциальным донорам и о процедуре донорства можно узнать на официальном сайте Межрегиональной общественной организации «Мост милосердия».

Сдаче крови предшествует краткий осмотр специалистами непосредственно на станции переливания крови. Полчаса, нужные донору для сдачи крови, могут на годы продлить чью-то жизнь и существенно ускорить процесс выздоровления пациента с болезнью крови. Организаторы отмечают, что для того, чтобы восстановиться после одного курса химиотерапии, пациенту требуется от 6 до 8 порций донорской крови.

Акция будет проходить 30 июня с 10.00 до 13.00 в здании Синодального отдела по церковной благотворительности по адресу: ул. Николоямская, дом 57, стр. 7 (ближайшая станция метро «Римская»). Обязательна предварительная запись по телефонам: 8 (917) 506-58-70 и 8 (495) 542-00-00.

Аккредитация СМИ: до 17.00 29 июня по адресу miloserdie.press@gmail.com и по телефону 8 (915) 264-36-03 (Мария Савельева).

Московская (городская) епархия

Подробнее →